Сельская школа

Сейчас только попытался уточнить, когда это было.
Один из моих интересных студенческих выпусков заканчивался в 1988 году. С ними я начинал работать где–то в1985 – 86 году, и примерно в это же время возник курсовой проект «сельская школа». Помню с чего я начал и помню, как закончил, но попробовать восстановить сам процесс – это задача.

Первый вопрос, который я задал моим студентам, был такой: « как вы думаете, почему на селе значительно больший процент неграмотных людей, чем в городе?» когда – то я читал об этом. Почему же сельская неграмотность, а отсюда так называемая «сельская отсталость» продолжает присутствовать в мире? Если этот феномен существует, то в чем его причина? И, отсюда, где и при каких обстоятельствах «грамотность» становится, жизненно необходима, а где возможно — необязательна, а при определённых обстоятельствах и вредна.

Вопросы, сформулированные столь необычно, дали возможность мне обнаружить коренные различия между людьми одной нации, говорящих на одном языке, исповедующих одну религию. Причем люди эти не единичны и совсем не растворены в человеческой массе. Люди эти составляют устойчивые сообщества, отличающиеся друг от друга – укладом жизни.

Итак – уклад. Почему уклад жизни селянина позволяет ему обходиться без знания грамоты, уклад горожанина требует от него грамотности, как необходимого, но недостаточного условия? Что же такое – грамота? Грамотность? Что, значит, быть грамотным?
Знать грамоту, быть грамотным, — значит получить возможность в границах пространства – грамотности черпать информацию, содержащуюся в нём, а при необходимости выплёскивать и свою…

В чем же различие между селянами и горожанами?

Селяне, люди особые, люди космические, их жизнь на земле погружена в природу, они обречены, быть в любви с миром, в любви с природой. Жизнь в природе позволяет им получать от неё всё необходимое для той жизни, которой они себя посвятили. Здесь знание совершенно конкретное и жизнь в этом знании гармонична.

Город — сама противоположность селу. Если в селе одна дорога, в городе их много.
Если в деревне жизнь по солнцу и луне, а пространство громадное и нерасчлененное. То в городе жизнь обладает другими качествами. Плотность пространственная и плотность временная – основная городская характеристика.
Здесь мне стала ясна связь между плотностью пространственной и плотностью временной. Время – это ощущение себя в каждый данный момент. Когда я не ощущаю себя? Когда я сплю. Когда я увлечен чем-то, или кем-то. Когда я задумался о чем-то. Алёна (жена моего друга Сергеева) говорит, что существует поверье: «время, проведённое, на рыбалке не засчитывается за время жизни».

«Счастливые часов не наблюдают», я бы сказал «не ощущают».

Когда же я ощущаю себя? Когда меня будят, когда меня выводят из состояния задумчивости, когда на меня действуют извне …-это когда со мной вступают в контакт и не всегда по моей воле. Город – это место, где плотность пространственная порождает плотность контактов а, следовательно, плотность временную. Следовательно – город, обладающий своей пространственной природой, имеет и своё, только ему присущее время.

Теперь немного о школе. Город, оторвавшись от природы, создав свою, пространственно – временную целостность, поместил туда человека – горожанина, человека, принципиально отличного от человека – селянина. Если селянина может выучить жизни на земле родной отец, то есть выучить конкретному знанию, как жить, подчиняясь природе, в согласии с ней, то город учит горожанина знаниям отвлеченным, знаниям, имеющим возможность понадобиться в отвлеченной от природы, городской жизни.
Школа – это пространственно–временная модель городской жизни. Система «классов — коридоров» – это отражение городской системы «улиц – домов», а временная кратность «45-15» (урок — перемена) очень близка к временным характеристикам городской среды.

Теперь немного о системе преподавания. Самое первое знакомство со знанием школьник получает от учителя «родителя» с первого по третий класс. В этот период учитель обучает всему, и очень напоминает «отца – селянина», который близок «сыну – ученику». В это время обучение строится больше на доверии к учителю, чем на любви к знаниям. На этом этапе еще ощущается целостность и личностная природа получаемых знаний, но уже осуществляется пространственно – временная экспансия города, создание нового ритма «45–15». Это – ритм города.

В средних и старших классах уже персонифицируются сами знания. Они обретают своих живых вещателей – учителей. Это разрушает целостную картину мира, давая возможность появлению специализации.
Теперь становится понятным, что эта пространственно–временная ситуация, совершенно городская, полностью исключает появление такого рода школ в сельской местности. Более того, городская пространственно – временная плотность выращивает особей, которые ищут того пространственно – временного ритма, которым были инфицированы в течение 10 – 11 лет. И этим можно объяснить отток молодёжи из села.

Какая должна быть форма обучения селян?

Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выяснить, прежде всего, кого учить, как и чему учить, когда учить. Ещё один, как мне представляется, принципиальный момент, это естественный баланс между приростом сельского населения и потребностью сельского хозяйства в рабочей силе. Так как, при нарушении этого баланса и появление излишков рабочей силы, их обучение можно рассматривать как реализацию городской образовательной программы, так как этот самый излишек будет вынужден перемещаться в город.

Итак, мы имеем в сухом остатке только те проблемы, которые связаны с обучением детей, остающихся на земле.
И так вопрос о том кого учить – прояснился. Только тех, кто намерен остаться и работать на земле. Рассматривая различие между городом и селом, как основное различие пространственное и временное, нельзя допустить пространственной плотности и временной напряженности при реализации программы сельского образования.

Также необходимо отметить, что специализация на селе происходит значительно раньше, чем в городе, что с самого раннего возраста дети участвуют в жизни земли. Поэтому совершенно определённо становится вопрос общего образования селян. Прежде чем ответить на эти вопросы, готов утверждать, что время обучения, точнее, время года, должно переместиться с зимы на лето. Это, казалось бы, парадоксальное решение является всего лишь продолжением восстановления привычных условий жизни села.

Ведь основная нагрузка ложится на селянина летом, а зимой как не крути, селянин спит. Поэтому, следуя годичному циклу нагрузок, учить сельских детей надо летом, а отдыхать они должны зимой, как их родители (они будут в семье).
В противном случае они, либо не отдыхают вовсе, так как зимой – учеба, летом – работа в поле. Либо, что не лучше, отдыхают тогда, когда родители пашут. Следуя своему пониманию отдыха, (см. «Труд и отдых») летнее обучение должно сопровождаться как оплатой, так и заработком. Только после такого труда возможен отдых. Необходимо также учиться отдыхать – тратить деньги.