Записи разных лет (1977-89)

Это уже, кажется, 1977 год

Основная черта архитектуры – её вневременность, так как архитектура – это создание осмысленных пространств. А пространство – вечно.
Но каждое поколение находит возможность существовать в столетие назад созданных пространствах, приспосабливая их к своим требованиям, вкусам, возможностям. Эта деятельность вживления в пространства, каждым отдельным поколением, может быть названа «благоустройством» этого поколения.
Благоустройство – это устройство блага
Каждый город, существующий несколько веков – поколений обрастает как лепом, грязью – «благоустройством» каждого «времени», каждого поколения.
Так что хаос, который подметил Вентури, и эстатизацией которого он занялся, это деятельность населения и необязательно профессионалов – это благоустройство.
Культурные слои архитектуры – это слои благоустройства.

Улица

Улица – пространство движения . Двор – пространство остановки. Дом – преграда – пространство жилья. Дом преграждает, но тем самым примыкает. Примыкая к улице, дом как бы припадает к ней и пьёт из неё, пьёт движение. Чтобы выпить, надо приостановить струю, сделать поток тише, нужны заводи. Жизнь улицы обусловлена не только движением вдоль.
Жизнь улицы только тогда полна, когда она проникает в первые этажи домов, смешивая физические преграды, когда дома непосредственно связаны с улицей пространствами входов, когда дворы непосредственно связаны с улицами – проездами.
Пространство улицы проникает в жилые пространства, меняя характер движения, характер существования в этих пространствах от движения к покою. Обочина улицы становится системой входных пространств, которые изменяют движение и направление его. Пространство ограниченно (то есть определено) смыслом.

Увлечение людей начала века машинерией позволило увидеть красоту машин в их целесообразности, то есть следованию цели, приспособленности к исполнению определённой задачи. Признание красивыми целесообразные формы самолёта, танка и так далее, привело к противопоставлению предмета человеческих рук – природе. Волевая установка была направлена на преодоление природы (силы тяжести, инерции покоя) и так далее.

Дом пытались выделить из природы, противопоставить его ей по тому же принципу, что и самолёт и тому подобное, а это, по моему убеждению – неверно, так как машины внутренне подчиняются законам природы (устройство их полностью соответствует законам природы но сами они, их целевая установка направлена на преодоление сил природы).
Дом не есть укрытие, не есть выделенность, он становится смыслом только в единстве, (дом рождает улицу, площадь, двор и прочее). Дом не вещь и является элементом чего-то большего, большей сущности, чем он сам. Самолет же, автомобиль – «гуляют сами по себе». Их пространственная ценность – ничтожна, их цель иная, их нельзя сравнивать.

Проект уличного торгового пространства

Проект уличного торгового пространства в Ростове-на-Дону, 1977 г.

1977 год. Благоустройство улицы Энгельса в Ростове-на-Дону (ныне Большая Садовая)

Улица Энгельса – улица бесполезная.
Улица, где человек вырывается из обыденного мира (работа – дом).
Энгельса – это удлинение пути, это заведомое удлинение пути. Но это разрыв обыденности.
Шум, встречи знакомых, мелькание физиономий.
Улица не только коммуникация, но это еще место. Люди идут на «Энгельса»
Как и всё земное. Энгельса имеет «ночь», «день», «утро» и «вечер».
Зиму и Лето, Выходные и Будни.
Энгельса имеет участки большей жизненной активности и меньшей.
Энгельса – это связь железнодорожных, авто– и аэровокзалов.
Заметный уклон, деревья. Сравнительная узость тротуаров, деревья посреди тротуара – затрудняют просмотр – отсюда возможно «кадрирование» пространства (свет витражей)
«Энгельса» – фойе театра в антракте бесконечного спектакля.
Эту жизнь хорошо наблюдать с высоты второго этажа открытого летнего кафе. Раньше кафе располагались прямо над тротуарами (большие балконы над входами).
Отличительная черта – наиболее напряженная жизнь южной стороны.
Предполагаемые причины – теневая сторона, магазины.
Эта сторона заканчивает торговую часть города (торговля от базара до Энгельса)
теперь прибавилось интенсивное движение транспорта.
РИНХ, Медицинский институт, Педагогический институт, – это север.
Сооружения должны быть «времянками», ибо только «времянки» могут быть приближены к человеку, к его непостоянству в этом вечном пространстве.
Товар повсеместно должен быть открытым и не иметь преград в виде стекла, так как это не свойственно «времянкам», и ухудшает контакт. Товар должен иметь своё, свойственное только ему пространство. Переходные пространства. Товар надо поднимать немного выше человеческого глаза на высоту 160-170 см. Верхняя зона витрина, нижняя – торговая расчетная.

Археологический музей-заповедник Танаис

Проект реконструкции археологического музея-заповедника Танаис 1981-1983 гг.

1981-1982 год, Танаис

Круг архитектор – археолог – архитектор – зритель.
Если раньше археолог был первым (Лидером), то теперь, когда точно определено место слоя, даты и т.п., то есть, наука удовлетворила свой интерес, остаются вопросы культуры (находки и так далее).

Цель, преследуемая наукой, достигнута (предмет идентифицирован). Дальнейшие раскопки вряд ли имеют столь большое значение. Наука, удовлетворённая результатом исчерпала свои цели. Теперь науку надо вести, так как внутренние побудительные причины исчезли. Наука больше не знает путей, вернее пути дальнейшего выяснения памятника не лежат в научном слое (русле).

Для науки рыть дальше не имеет смысла, именно в данный момент, в будущем, с появлением новых методов исследования, откроются новые возможности и новые результаты.

Исследования могут и должны продолжаться, но под другой эгидой. Реализуя свои задачи, наука оставляет после себя вскрытые части домов, часть города.

То, что вскрыл археолог, ему не принадлежит, это — достояние пространства, достояние архитектуры.
Итак, вопросы лидерства архитектуры.

Вопросы подлинности памятника – вопросы науки археологии, но так как памятник–город, то это вопросы структуры – вопросы архитектуры, истории архитектуры, но всё же архитектуры.

Итак, после идентификации памятника, в дело должен вступить архитектор.
Но вопросы архитектуры не предполагают целей.
Архитектура – это полнота пространственной реализации существования.
В данном случае, она подчиняется музеефикации, подчиняется рассказу.
Всё постепенно подчиняется рассказу (представлению).
Архитектор по предварительным раскопам, а их достаточно, и на основании данных истории предлагает план города, выявляя узлы характерных городских пространств.
С этого момента город, как целое, является основным.
Архитектор дважды лидирует:
— когда задает план и схему музеефикации
— когда реализует пространственное представление о городе

Археологи довольствуются теми находками, которые встречаются на пути, указанном архитектором. Этот слой интереса к городу и есть интерес к труду археолога.
Возможность реализации этого интереса, также должна быть предусмотрена.
Археологи обретают право на музеефикацию своего труда.
Экскурсии получают возможность знакомиться с трудом археолога, с методом.
В данном случае право на музеефикацию получают явления в контексте города.
Площадь города становится экспозиционным залом, а улицы – коридорами.
Это главное.
Музей – сооружение приобретает смысл как хранилище.
Предметом музеефикации является город – музей как сооружение – это хранилище.

Археология – это дважды убитая жизнь.
Первый раз – когда жизнь исчезла. Второй – когда была явлена, так как являлась она, уничтожая сегодняшнюю жизнь. Археология стала появляться тогда, когда исчезла память духовная, духовная непрерывность.
Современный человек духовной памяти противопоставил память вещей. Вернее не противопоставил, а, потеряв её (духовную память) – нашел память вещей.

Танаис, проект археологического городка

Проект археологического городка. 1981-1983 гг.

Около 1980-83 гг.

Юность (невинность, чистота) – это, прежде всего, острота восприятия, стремление к особенному (оригинальному).
Эклектика – совместимость, сожительство. Самое парадоксальное так это стилевая всеядность эклектики.
Это свидетельствует, прежде всего, о равнодушии к стилевым законам, а, следовательно, ценное обнаруживает не в стилях, а в совсем ином – в пространстве, поэтому эклектика дала возможность появиться стилю модерн.

Еще раз о доме

Дом – случай.
Типичный – разумный.
Чувства творят, мысль объясняет.

«Мысль для меня – служанка чувств»
Л. Кан

Говоря о функциональности, мы говорим об определённой целенаправленности, так как предполагая функцию, мы утверждаем главность, или вернее предназначенность.
Это атрибуты вещественности.
Вещь, прежде всего, функциональна, она всегда для чего – то.
Дом не вещь.
Он обязательно и всегда часть чего — то.
Дом не вещь, потому что он бесконечен, он не имеет начала.
Дома нет.

11.06.06

Пространство и время. Опять возвращаюсь к этой теме. Время – это ощущение себя в каждый данный момент. Пространство же властно надо мной, когда я в бессознательном состоянии, когда я не ощущаю себя. В единстве Пространство – Время, пространство влияет на мою подкорку тогда, когда я не ощущаю себя. Когда же ко мне возвращается ощущение себя, ко мне возвращается время, и исчезает влияние пространства. Пространство, как и Всевышний, может открываться лишь в созерцании. Активность порождает время и снижает влияние пространства.

В городе жизнь обладает другими качествами. Плотность пространственная и плотность временная – основная городская характеристика.
Здесь мне стала ясна связь между плотностью пространственной и плотностью временной.
Время – это ощущение себя в каждый данный момент.
Когда я не ощущаю себя?
Когда я сплю. Когда я увлечен чем-то, или кем-то.
Когда я задумался о чем-то.
Алёна (жена моего друга Николая) говорит, что существует поверье: «время, проведённое, на рыбалке не засчитывается за время жизни».
«Счастливые часов не наблюдают», я бы сказал «не ощущают».
Когда же я ощущаю себя?
Когда меня будят, когда меня выводят из состояния задумчивости, когда на меня действуют извне ….-это когда со мной вступают в контакт и не всегда по моей воле.
Город – это место, где плотность пространственная порождает плотность контактов а, следовательно, плотность временную.
Следовательно – город, обладающий своей пространственной природой, имеет и своё, только ему присущее время.
Этот текст из «Сельской школы».
Всё это была подготовка, как после выяснилось, к «Версии Города».

27.09.89

Все человеческие устремления – это попытка овладеть временем, то есть путь в бессмертие.
Город – это пространственно–временное единство. Создавая городскую пространственную плотность, отщепенцы тем самым создавали своё городское время. Пространственная плотность – это плотность времени. Каждое городское пространство, имеющее имя, обладает своей плотностью и, следовательно – своим временем. В поименованных пространствах существует только им присущая плотность встреч, плотность жизни, и поэтому свой характер течения времени. Оно в городе более плотное, чем где – либо ещё.
Человек, проживший в городе 80 лет, сравним с библейским старцем, прожившим 200 лет.
Горец, проживший более ста лет, по плотности жизни сравним с юношей, или молодым человеком – горожанином.
Город, поэтому – слепок человеческого ответа на вопрос о бессмертии.
Городские пространства – это пространственно реализованное время.
Улицы – это вектор движения, это обнаруженное время. Площади – отсутствие движения.
Отсутствие движения – отсутствие времени.
Вся жизнь проходит между есть и нет. А может на самом деле проходит, но только между нет – есть.